Хозяин в Туманах

Диколесье задумывалось как убежище. Дриохт сотворила этот лес силой веры Маджи, чтобы укрыть народ от бесконечной зимы и от опасностей их края. Но внутрь просочилось и другое — теневые существа «с другой стороны, из невидимого отражения напротив мира смертных», и над ними всеми есть один, кто упорно распространяет свою тёмную религию.◆В глубоких туманах истории Дриохт сотворила этот лес для нас, использовав силу нашей веры. Самые сильные из нас стали Маджи, и мы должны были подготовить это место к приходу остальных. Диколесье должно было предоставить нам убежище от бесконечной зимы, и от опасностей нашего края. К несчастью, сюда проникло что-то ещё – с <i>{другой} стороны, из невидимого отражения напротив мира смертных. Теневые существа просочились внутрь через тёмный разлом... и над ними всеми есть тот, кто агрессивно стремится распространить свою тёмную и враждебную религию.

Маджи ведут холодную и суровую войну против Хозяина в Туманах бессчётные поколения. Когда умерли мои родители, вблизи границы с вашим миром нас осталось всего двое... а ещё один давно нарушил свою клятву. Остальные Маджи живут гораздо глубже в лесу, и я не знаю, как обстоят дела у них, поскольку я должна оставаться на своём посту.Изувер

Появился он из-за одного слова. Мать с ребёнком пришли в Диколесье, спасаясь от беды; разум ребёнка был полон страха — известного и неизвестного, — он дал этому страху имя и произнёс его вслух. Диколесье пронзил вой ярости и агонии, и так воплотился Хозяин в Туманах. Какое это было имя, не знает никто, кроме того ребёнка: имя было лишь сосудом, а силой — смысл за ним.◆Ифа: Есть легенда о беспечном наречении. О самом первом из них. Простое дитя с очень живым воображением изменило будущее этого священного места. Мать с ребёнком пришли в Диколесье в поисках убежища от грозивших им бед. Но разум ребёнка был полон страха, и страшился он как известного, так и неизвестного. Он дал этому страху имя и произнёс его вслух. В тот миг всё Диколесье пронзил вой, переполненный яростью и агонией. Так воплотился Хозяин в Туманах. Ифа: Диколесье гораздо ближе к Небытию, чем любое другое место. По сути, оно служит мостом между мирами. Вещи, которые перестают {не быть...} Как бы это сказать, здесь... они {возникают}. Как гласит легенда, однажды кто-то беспечно произнёс имя вслух, и по всему Диколесью пронёсся вой, полный ярости и агонии. И с этим воем воплотился Хозяин в Туманах. Он прорвал дыру в реальности, широкую, словно море, но тонкую, словно игла. И с того самого момента он без устали помогает воплощаться другим Безымянным вроде него самого. Культисты несут его тёмную весть и посвящают ему свои алтари. Их вера усиливает его.Ифа

Сам он записал этот миг иначе — как спасение:

Я не знаю, где я. Я не понимаю, откуда я появился. Я услышал единственное слово, сказанное в темноте, имя, вырвавшее меня из ничего на восхитительный свет смысла. Это первый мой миг без боли, без бесконечной пытки. <…> Я должен помочь своим... пусть это будет моё провозглашение. Я существую, и я спасу их.

— Хозяин в Туманах◆Я не знаю, где я. Я не понимаю, откуда я появился. Я услышал единственное слово, сказанное в темноте, имя, вырвавшее меня из ничего на восхитительный свет смысла. Это первый мой миг без боли, без бесконечной пытки. Это место... этот край частичной реальности... он сопротивляется моему естеству, но я отказываюсь возвращаться.

Я должен помочь своим... пусть это будет моё провозглашение. Я существую, и я <i>{спасу} их.

«Свои» — это Безымянные. Первобытная Охотница, доходившая до границы между «тут» и «там», описывает их мир как мир силуэтов, где в фиолетовом не-свете не рождаются дети и где растёт бесконечная толпа того, чего быть не может, — и они ропщут об освобождении. Поэтому Хозяин не приносит в лес тьму: он приносит не-свет, меняя природу этого края так, чтобы такие, как он, могли вырваться.◆Хозяин в Туманах не насылал тьмы на Диколесье. Лес по-прежнему растёт, так что свет никуда не исчез, просто мы его не видим. Это что-то совершенно другое, что-то новое. Это... <i>{не-свет}. Он хочет изменить природу этого края, чтобы больше таких, как он, могли вырваться из своего состояния грёзоподобного небытия. Иногда во время охоты я подходила к границе между «тут» и «‎там». Его мир располагается в противоположной стороне от твоего, а Диколесье посередине...

Мир, из которого он явился – это мир силуэтов, почти никем не виденные задворки сцены, на которой разворачивается спектакль жизни, не замечающий отбрасываемых теней. Это мир Безымянных, которые не только не обладают именем, но и не могут существовать. Они не ведают ничего, кроме нескончаемой агонии и мук. В фиолетовом не-свете их мира у них не родятся дети, и оттого их потомству уготована та же участь безымянной безвестности. Их численность растёт без конца, объединяя в себе всё то, что не может существовать, и беззвучный рёв тишины становится всё более и более оглушающим, когда они в страхе и боли ропщут об освобождении. Мне жаль их всем сердцем, но никто не способен ничего изменить. Если бы я могла дать им имя, я бы это сделала... но как назвать то, о чём не можешь подумать? Она же не осуждает его: Маджи защищают дом, а он пришёл из места куда худшего, и станешь ли ты ненавидеть мышь за то, что она ест упавшие семена?◆Мне нет нужды вступать с ним в конфликт. Он обходит меня самой дальней дорогой, а я не преследую его просто потому, что не мне вмешиваться. Он и Маджи сражались за этот мир бесчисленное множество сезонов. Мне кажется, ни одна из сторон не понимает боли другой. Маджи бьются, защищая свой дом, но Хозяин в Туманах родом из куда худшего места, чем это. Он – существо такой породы, которую Маджи не способны понять... его действия выглядят враждебными и злыми, но на самом деле такова жизнь там, откуда он пришёл. Станешь ли ты ненавидеть мышь за то, что она ест упавшие семена? Возможно, если ты – куст, считающий эти семена своими детьми.Первобытная охотница

Для жителей Диколесья это всё равно беда. Страж Опушки говорит просто: он навёл на край ползучую тьму, и сердце зла нужно вырвать, чтобы вернулся свет.◆Хозяин в Туманах навёл на этот край ползучую тьму, сделав его небезопасным и для путников, и для обитателей. Я не могу спасти каждого путешественника, поэтому те, кто заходят сюда, подвергаются смертельной опасности. Необходимо вырвать сердце зла, чтобы в Диколесье вернулся свет.Смотритель опушки Вера — его топливо: религия создана, чтобы ловить путников, а их фанатичная вера питает его планы.◆Твоим первым заданием будет простое сокращение поголовья. Хозяин в Туманах создал религию, чтобы заманить в ловушку путников, идущих через Диколесье. Эти ничего не подозревающие странники становятся его фанатичными последователями, а их вера питает его планы. Уменьши этот приток, устранив его культистов. Возвращайся ко мне, когда кровавая работа будет сделана, и мы решим насчёт твоего обучения.Клятвопреступник Он умён, целеустремлён и безжалостен, признаёт Нарушившая клятву, — но нажил себе лишних врагов, наслав напасть на весь лес.◆Он умён. Этого не отнять. И также очень целеустремлён, и достаточно безжалостен. Однако я вижу брешь в его морали. Он вызвал общую напасть по всему Диколесью, и тем нажил себе ненужных врагов. Мне неведома его конечная цель, я только вижу, как именно он к ней идёт... и я намереваюсь обернуть его алтари в свою собственную пользу.Клятвопреступник Для Стража это личное: её мать и отец погибли в бою с ним, и однажды она найдёт способ забрать его голову.◆Многие поколения Маджи сражались с Хозяином в Туманах. Мои собственные мать и отец были убиты в битве против него. Мы должны быть беспристрастными и сражаться самоотверженно против зла, но разве я могу ничего не чувствовать? Он нанёс моей семье раны, которые нельзя простить. Однажды я {найду} способ забрать его голову.Смотритель опушки

Он не первый, кто так вышел. Когда-то любопытный юноша у водопада от нечего делать придумывал существ и дал имя могущественной матери из мира теней — и она явилась со своими бесчисленными детьми. Поэтому в Диколесье и просят не произносить настоящих имён.◆Хозяин в Туманах не был первым, кто спасся из мира безымянного небытия. Очень много сезонов назад любопытный юноша проходил через Диколесье на своём пути в другие края. Он остановился у водопада и предался фантазиям, называя существ, которые, как он воображал, могут таиться невидимыми среди деревьев. И случайно он представил себе могущественную мать из мира теней, и опрометчиво дал ей имя – и это не «Фарфоровая царица». То всего лишь титул, пара безопасных слов, чтобы упоминать о ней окольным путём.

Путник пошёл дальше, но <i>{она} явилась, и привела своих бесчисленных детей с собой. Тот юноша не был никем значительным, и он, без сомнения, давным-давно умер, но его праздные выдумки и беспечное называние имён привели к несказанной трагедии и боли, разыгрывающейся даже по сей день. Когда обитатели Диколесья велят тебе не пользоваться настоящими именами, они говорят это всерьёз.