Малахай Бездушный

Малахай — придворный тауматург Вечной Империи, возвысившийся под покровительством императора Титуса.3{Малахай}
Придворный волшебник Вечной Империи
Отец грез<b>{Книга пятая: император умер, да здравствует император!}

В последний день Божественного месяца 1333 года ИЛ, верховный жрец Волл начал осаду Сарна. Его войско пополнилось мятежными эзомитами, каруи и маракетами под командованием, соответственно, тана Ригвальда, Хайрри с Нгамакануи и сехемы Дешрет. Император Титус созвал недавно подготовленных легионеров-каменитов и на время, казалось бы, организовал успешную оборону столицы. Впрочем, его усилия были сведены на нет его же советником и близким другом Ондаром, префектом Сарна.

Во время празднования Ночи тысячи лент Ондар заколол Титуса кинжалами, смоченными в самом смертельном из известных ядов. Впрочем, нечеловеческое здоровье сослужило императору последнюю службу. Перед собственной кончиной Титус сумел поднять топор и разрубить Ондара надвое благодаря мощной и разрушительной силе волшебства.

Вскоре после этого придворный волшебник Малахай и его спутница-каменитка госпожа Диалла были задержаны революционно настроенными гражданами из отряда Виктарио Невалия. Когда командиры были убиты или взяты в плен, патрициям-каменитам Сарна оставалось только сдать город.

Волл и его Армия чистоты вошли в столичные ворота. Уже на следующий день верховный жрец был провозглашён императором Воллом Первым.

<i>{ - Гаривальди, летописец империи}Малахай никогда бы не вознесся так высоко без покровительства императора вроде Титуса. Судя по всему, царицу Атзири и Дориани связывали такие же отношения.
О прекрасной Атзири писали, что «она желала видеть свою красоту отраженной в глади вод истории». Титус был не менее самовлюбленным.
Из всех грехов страшнее всего тщеславие.Сиоса Фоага Первый же Камень Добродетели, которого он коснулся, принёс ему сны, и каждое своё устройство он считал даром Кошмара; разгадку он искал в переводе учёного Иция Перандуса, где было слово «Зверь».2Разрушение застенков разума… вот, что делают камни. В этом заключается их истинная «добродетель».
Я понял это, почувствовал действие камня, стоило впервые взять его в руку. Кристалл был прохладен и тих, но череп мой затрещал, словно распухая изнутри. Разум теснил кость и силился вырваться на свободу.
Той ночью я залил боль вином и наконец смог уснуть. Я оказался во власти грёз. С тех пор они не прекращались, чему я был только рад. Каждая толика волшебства, каждое созданное мной устройство, каждое изменённое создание — суть дар, завёрнутый Кошмаром в бумагу сна.
Что осыпало меня этими озарениями? Уж точно не привычная серая масса, втиснутая меж ушей. У меня есть лишь одна путеводная нить, на которую вся надежда. В скрупулёзном переводе учёного дурака Иция Перандуса есть слово «Зверь». Дориани из народа ваал знал правду. Скоро она откроется и мне.
МалахайСтранно. Мне было поручено каталогизировать самые старые из текстов. Но эта запись… это замечательная подделка, но не оригинал. Она куда менее древняя.
Вот… послушайте!
{Мой дорогой Иций!}
{Я потрясен до глубины души. Ваша работа над переводом этих артефактов достойна всяческих похвал. Поэтому я рад предложить вам место в моей личной лаборатории. Пожалуйста, не совершайте необдуманных поступков. Мне будет искренне жаль, если такой ценный экземпляр окажется поврежден.}
{Иций Перандус, я с нетерпением жду момента, когда начну с вами работать.}
{Ваш друг и поклонник,}
{Малахай}
Бедный, бедный Иций. Куда бы ты ни отправился, мне ужасно жаль.Сиоса Фоага Его методика высвобождала силу камней в человеческом теле◆Малахай говорит, что в совершенстве овладел новой методикой, которая высвобождает чистую силу камней добродетелей. Я вызвался предоставить своё тело для опытов. Я не чувствую страха, голода, удовольствия... Не чувствую ничего. Только слышу его голос. Я должен подчиняться...Зана Цезерий — так появились камениты: легион, который Титус считал бьющимся в такт своему кристаллическому сердцу◆Они ходили по нашей земле во времена великого раздора. Жестокие и страшные тени, отброшенные на глиняную стену разрушенного дома. Волшебник Малахай взрастил их из пустого честолюбия своих тёмных грёз.
Император Титус считал, что легионеры принадлежат ему, что камениты бьют в барабан его собственного кристаллического сердца. Но когда фигура императора зашаталась и упала, сгорев в свете истинных людей, часть легиона не исчезла.
Катаклизм превратил легионеров в чудовищ, безмозглых и бессмертных. Впрочем, этот трибун смог вернуть себе часть умений и старой воинской смекалки.
Я боюсь, как бы остальные его солдаты не выросли из безмозглых убийц в нечто куда худшее.Марамоа, и изуродованные рабы рудников Макед.◆{Запись третья: рабы добродетелей}
Еще одна партия человеческих кирок и лопат направляется в Македы. В основном, это эзомиты прямиком из «культурных лагерей» Гая Сентари. Мелькает темная кожа маракетов и каруи. Всех их коснулось порочное искусство Малахая.
Конечности изогнуты и растянуты, в каждой по два-три сустава. Так проще вынимать камни из расселин и провалов в местах, которые будут им домом и могилой. Они моргают и щурятся от солнца. В глаза людей введен мрак, чтобы они видели в подземной ночи не хуже, чем при свете дня на утраченной родине.
Вереницы закованных рабов текут на север, а добытые ими камни текут на юг сверкающей лавиной власти и привилегий для достойнейших из граждан Вечной. Цивилизация куплена и оплачена плотью и кровью варваров. Когда-нибудь нам придется платить по счетам.Виктарио из Сарна Отданная ему наложница императора Диалла стала его Царицей каменитов.2Одно время я была любимицей императора. Но у Титуса было много любимиц. Он наполнил ими весь Перст Господень. Порой император выбрасывал мусор. Угодивших ему отдавали придворным и военной знати. Тех, кто не угодил... их отдавали волшебникам.
Я болтала лишнее и задавала много ненужных вопросов. Меня отдали Малахаю. Моему дорогому, бедовому Малахаю.Госпожа Диалла«Изяществом сродни фарфоровой чаше, но рот её подобно жерновам вечно перемалывает слова». Так я однажды описал госпожу Диаллу. По сей день моя госпожа красотой не уступает кошмару, а сиянием — свету полной луны.
Диалла стала моей царицей каменитов. Бок о бок мы будем править миром, который вскоре создадим.Малахай Самыми верными его слугами была «Безбожная троица» — Малигаро, Шавронн и Доэдре.2Малахай поручил охранять драгоценные потроха троим самым верным слугам: дознавателю Малигаро, Шавронн Тёмной и Доэдре Тёмному оратору. Он называет их Безбожной троицей.
Если история нам не врёт, Верховный жрец Волл спалил Малигаро и Доэдре на кострах по пути к Сарну. О Шавронн за него побеспокоился Изувер.
Но рабы кошмаров привязаны к жизни не менее крепко, чем к Зверю. Я тому живое подтверждение.
Только не падай духом из-за такого пустяка. Что привязано, то можно и отвязать.Вера«Безбожная троица» Малахая: Шавронн Тёмная, Доэдре Тёмный оратор и дознаватель Малигаро.
В мире нет слуг, более преданных Кошмару. При жизни они больше всех сеяли по Империи семена порчи.
Я соглашусь с решением Малахая. Было бы очень расточительно позволить им довольствоваться смертью.
Бедная Дешрет. У каждого из троицы есть свой гадкий способ её мучить. Они пытаются сломить Сехему общим наплывом порчи.
В своём роде это гении. Подлинные таланты. Будь у Дешрет побольше воображения, они давно бы сотворили из неё упыря.
К счастью для нас, Дешрет никогда не была творческой натурой.Тасуни

После гибели Титуса повстанцы Виктарио схватили Малахая◆<b>{Книга пятая: император умер, да здравствует император!}

В последний день Божественного месяца 1333 года ИЛ, верховный жрец Волл начал осаду Сарна. Его войско пополнилось мятежными эзомитами, каруи и маракетами под командованием, соответственно, тана Ригвальда, Хайрри с Нгамакануи и сехемы Дешрет. Император Титус созвал недавно подготовленных легионеров-каменитов и на время, казалось бы, организовал успешную оборону столицы. Впрочем, его усилия были сведены на нет его же советником и близким другом Ондаром, префектом Сарна.

Во время празднования Ночи тысячи лент Ондар заколол Титуса кинжалами, смоченными в самом смертельном из известных ядов. Впрочем, нечеловеческое здоровье сослужило императору последнюю службу. Перед собственной кончиной Титус сумел поднять топор и разрубить Ондара надвое благодаря мощной и разрушительной силе волшебства.

Вскоре после этого придворный волшебник Малахай и его спутница-каменитка госпожа Диалла были задержаны революционно настроенными гражданами из отряда Виктарио Невалия. Когда командиры были убиты или взяты в плен, патрициям-каменитам Сарна оставалось только сдать город.

Волл и его Армия чистоты вошли в столичные ворота. Уже на следующий день верховный жрец был провозглашён императором Воллом Первым.

<i>{ - Гаривальди, летописец империи}, и Волл приговорил его к сожжению. Но Малахай пообещал «положить конец волшебству», и Волл его пощадил; в Храме Солярис Малахай создал Машину очищения, а в 1336 ИЛ Волл повёз его вместе с устройством на север, в Македы.2Волл приговорил Малахая к сожжению перед собственным Храмом Солярис, но обещания колдуна спасли его от очищения огнем. Малахай сулил «положить конец волшебству». Возможно, нашему императору захотелось позабавиться.
На долгие недели Малахай заперся в Храме Солярис. Он создавал механизм, который очистит Рэкласт от потусторонних пороков. Сегодня, 1-го дня месяца Пламени вечных 1336 года ИЛ, Малахай и его Царица каменитов сдёрнули шёлковое покрывало и явили Машину очищения. На вид это был клубок медных, извивающихся змей. Чудесно или чудовищно это устройство, ведомо только Малахаю. Завтра Волл во главе Легиона Макед отправится домой. Они сопроводят Малахая, госпожу Диаллу и этот несуразный аппарат на север.
Север… Место, откуда прибыли первые камни. Колыбель кошмарного правления Титуса.
В Македах император Волл довершит начатое. Он выжжет империю Титуса из истории, а в золу высокомерия и разврата бросит зёрна новой, чистой теократии.
Волл из Фивра, да пребудет с тобой Господь. Да пребудет Он со всеми нами.Гаривальди, летописец империи · «Книга шестая: Машина очищения»Не представляю, как Малахай пережил Восстание очищения. Труп Титуса не успел остыть, а колдун уже обхаживал императора Волла.
Думаю, Воллу, как до этого Исидору, было слишком тяжело ему отказать.Сиоса Фоага Истинный план Малахая был иным: попасть внутрь Зверя и взять в руки подлинную власть, а Катаклизмом стереть саму мысль о сопротивлении.2Малахай прекрасно понимал, что делает, когда создавал Машину очищения.
В первую очередь он… хотел попасть внутрь Зверя и обрести истинную власть. Во вторую очередь… он решил прибраться с помощью катаклизма, который стёр с лица земли даже намёк на будущее сопротивление.
Зверь является источником всей магии. Он единственный в мире способен напрямую воплощать воображение в реальность.
Теперь весь свет зависит от желаний одного человека. Я не желаю миру подобного будущего. Уверена, что ты тоже. Пока Малахай остаётся внутри средоточия тьмы, значение имеет только одна вещь… его воображение.ВераFrom afar, my order witnessed Malachai enter the Beast, assume control of it, and begin to reshape Wraeclast to his will. In the centuries since, we have been focused on bringing about utopia with that power. We ask the question: what if someone good of heart, without flaws, was to reshape the world for the better? The elders began a guided series of marriages and resulting children, with the aim to bring about a perfect leader, the saviour! Then, it all came crashing down when the Beast was slain twenty years ago, and the gods returned.Седрус Когда он спустился в шахты под горой Верузо, грянул Катаклизм — Сарн пал всего за час.2Когда Малахай вошел в шахты под Горой Верузо, с нее задули холодные ветры.
Это была последняя и тщетная попытка спасти то, чему прочили вечную жизнь.«Знамение ветров»Сарн пал всего за час. С гор налетела буря и поглотила город. Яркий полдень растворился в непроницаемом мраке.
Я видел безумие в глазах других ученых. Наблюдал, как самые разумные из людей империи бессвязно бормотали, истекали слюной и убивали друг друга.
Я лицезрел, как Первого интеллектуала и каменита Триниана охватило нестерпимое сияние его же черепного кристалла. Триниан высох, как виноград на солнце. Превратился в жалкое, иссохшее подобие себя.
За жизнь я успел повидать, как горы Нгамакануи извергают пламя. Видел волны высотой с деревья и то, как ветра уносят воинов и ломают стены. Природа есть природа.
Но в том катаклизме не было ничего природного.Сиоса Фоага